Билли Новик, Андрей «Рыжик» Резников, Антон Матезиус и Михаил Жидких – вместе «Billy’s Band». 2 июня и жители Владивостока смогут услышать «Billy’s Band» в клубе Zabriskie Point. А перед концертом музыканты рассказали о мечтах, о сходствах Владивостока и Санкт-Петербурга, о Чайковском и о многом другом. Что вы представите нашему городу? Что-то новое? Андрей: «Лучшее». Билли: «Вечно-зелёные мелодии». Вы считаете себя популярной группой? Билли: «Нет. По сравнению с другими группами, мы не популярны. Мы представляем петербуржский романтический андеграунд, что по сути как раз противоречит слову Band». Ваше творчество как-то повлияло на вашу жизнь? Может быть, вас стали узнавать на улицах? Билли: «Это мелочи. Я думаю, что в принципиальном смысле у нас изменилась жизнь в том, что каждый из нас обрёл любимую работу. Для нас «Billy’s Band» – творческая реализация. Вы — друзья? Билли: «Мы верные боевые товарищи». Антон: «Мы друг друга ненавидим, но приходится вместе работать (смеётся)». Андрей: «Когда группа распадётся, тогда станет понятно, друзья мы или нет». Билли: «Мы, скорее, сочувствующие». У вас есть какие-то мечты, которые ещё не осуществились? Билли: «Очень сложно в нашем положении придумать мечту, которая не осуществилась, поэтому приходится изощряться и специально работать на то, чтобы какая-то мечта не сбылась, иначе она перестаёт быть мечтой». Расскажите о том, как появились название стилей – «алкоджаз», «говноджаз» и прочее? Билли: «Первое слово, которое появилось на горизонте нашего лексикона, термин придуманный не нами – «говнорок». Мы подумали, что это очень ёмкое и очень точное понятие. И при этом с элементом самоиронии. Самоирония должна присутствовать у любого исполнителя. Если есть самоирония, то у музыканта идёт всё лучше, чем у того, у кого нет самоиронии, при прочих равных условиях. После «говнорока», мы придумали «говноджаз», поскольку настоящий джаз мы всё равно не играем, хотя и пропагандируем». Михаил: «Слово «говноджаз», говоря о стиле, касается только нас». Билли: «Да, потому что мы толком джаз не играли, но мечтали об этом. Потом мы подумали, что «говноджаз» это слишком агрессивно. Наверняка ценителям джаза будет немножко больно слышать это название». Михаил: «А кроме того — некоторые джазмены начали сомневаться, играют ли они джаз или «говноджаз». Билли: «И чтобы никого не обидеть мы сказали, что это «экологический говноджаз». Прошло ещё несколько лет, взрослея, мы стали осознавать, что это название не соответствует уровню группы на тот момент. Поэтому мы эту приставочку откинули и заменили на «алкоджаз». Получился «экологический алкоджаз», а потом…какая к чертям экология, всё равно все пьют и курят, как бы мы не проповедовали здоровый образ жизни. Приходя на наш концерт, люди говорят: «Слушая вашу музыку, хочется напиться». А я возразил на это: «Может быть, вам обратиться к психологу?» Мне, например, хочется напиться, слушая Чайковского (показывает на принт на футболке, на котором изображён композитор – прим. автора) — мне кажется, его музыка вызывает гораздо большее нервное потрясение. И поэтому в итоге это всё стало называться «романтический алкоджаз из Петербурга». Это неделимый слоган. Но на сегодняшний момент мы отдаём себе отчёт, что, какими бы высокими ни были наши притязания – музыкальные, эстетические и моральные, нас часто понимают превратно, поэтому сейчас приставка «алко» под большим вопросом. В качестве варианта для размышлений был сформулирован рабочий тезис, который звучал как – «героический бомжджаз». Но, во-первых, это неблагозвучно звучит, во-вторых…» Андрей: «Не шибко-то он у нас героический». Билли: «Следующее название должно каким-то образом отражать наше театральное пристрастие». Сейчас очень модно петь дуэты. Если у вас были дуэты, то с кем? Или с кем бы хотелось? Билли: «Billy’s Band» — это апологет антимоды. Хотите узнать, что самое немодное, спросите у «Billy’s Band». Мы к моде не имеем отношения. Хотя, с другой стороны, именно мы её и формируем, как это не парадоксально. Был дуэт у нас один – в 2003 году с Гариком Сукачёвым. А вообще мне кажется, что дуэты «мужчина-мужчина» выглядят, при современном моральном положении дел в обществе, очень неоднозначно». Андрей: «Я думаю, что ты с Гариком Сукачёвым вполне однозначно смотрелся. Уж прости (смеётся)». Билли: «Всё равно я не понимаю, о чём может петь мужчина с мужчиной. О жизни что ли? Дуэт надо делать с красавицей какой-то». Многие жители Владивостока, приезжая в Петербург, говорят, что города похожи. А Вы, приехав из Питера, видите ли сходства? Билли: «Мне кажется, что чем глубже ночь, тем более похожими становятся все города». Андрей: «Я заметил, что вообще сейчас тенденция сравнивать любой город с Питером». Билли: «Апофеоз был в Норильске. Мы приехали, а там смотрят на нас с надеждой и спрашивают, правда ли похожи. А в Казани есть целая петербуржская улица – с фонарями, с мостами, с Эрмитажем». Михаил: «Самое большее сходство у Питера с Одессой. Я имею в виду архитектуру». Билли: «Лично меня скорее расстраивает схожесть городов, чем радует. Поэтому хочется искать различия, а не сходства». А по поводу Чайковского. Он оказал на Вас влияние, раз Вы сделали его фото в качестве принта на футболку? Билли: «Мне кажется, он только начинает оказывать влияние. И плоды мы будем пожинать ещё не известно, когда. Чайковский — это наше всё». Где Вы черпаете вдохновение для творчества? Когда творчество становится работой, это, наверное, сложно… Михаил: «Чайковский говорил, что самые его любимые произведения как раз были написаны под заказ». Билли: «Помимо творческого вдохновения есть ещё и способность концентрироваться и удерживать себя на определённой волне. Так пишут авторитетные люди, я сам не знаю. Когда присутствует момент заказа, читай «жажда лёгкой наживы», то любая идея это и есть вдохновение». Андрей: «Скорее, работа стимулирует вдохновение, а не наоборот». В вашем коллективе каждый играет свою роль. Кто из вас «хороший полицейский», а кто — «плохой»? Билли: «Рыжик – миротворец, а я, наоборот, конфликтный человек. Поэтому мы всегда ходим на интервью парами». Источник - Новости Владивостока на VL.ru